Глава 17. Торговая прибыль

Карл Маркс


Оригинал находится на странице http://www.esperanto.mv.ru/Marksismo/Kapital3/index.html
Последнее обновление Ноябрь 2011г.


«308» В «Капитале», кн. II мы видели, что чистые функции капитала в сфере обращения — операции, которые должен предпринять промышленный капиталист, во-первых, чтобы реализовать стоимость своих товаров, а во-вторых, чтобы эту стоимость снова превратить в элементы производства товара, операции, которые опосредствуют метаморфозы товарного капитала Т' — Д — Т следовательно, акты продажи и купли, — не создают ни стоимости, ни прибавочной стоимости. Наоборот, оказалось, что требующееся для них время ставит границы для создания стоимости и прибавочной стоимости объективно по отношению к товарам и субъективно по отношению к капиталистам. Что касается метаморфоза самого товарного капитала, то, конечно, ничего не изменится от того, что часть его принимает вид товарно-торгового капитала, или от того, что операции, которые опосредствуют метаморфоз товарного капитала, являются особым занятием особого подразделения капиталистов или исключительной функцией части денежного капитала. Если продажа и купля товаров, — а к этому и сводится метаморфоз товарного капитала Т' — Д — Т, — производимые самими промышленными капиталистами, представляют собой операции, не создающие никакой стоимости или прибавочной стоимости, то они не могут создавать их и в том случае, если продажа и купля товаров будут производиться не этими, а другими лицами. Далее, если часть совокупного общественного капитала, которая постоянно должна иметься в распоряжении как денежный капитал, чтобы процесс воспроизводства не прерывался процессом обращения, а продолжался безостановочно, — если этот денежный капитал не создаёт ни стоимости, ни прибавочной стоимости, то он не может приобрести этого свойства создавать стоимость и прибавочную стоимость от того, что для отправления своих функций он постоянно пускается в обращение «309» не промышленными капиталистами, а капиталистами другого подразделения. Насколько купеческий капитал может быть косвенно производительным, об этом уже было упомянуто, и впоследствии это будет исследовано подробнее.

Итак, товарно-торговый капитал, — если отбросить все разнородные функции, которые могут быть с ним связаны, как хранение товаров, отправка их, перевозка, группировка, разборка, и ограничиться его истинной функцией купли ради продажи, — не создаёт ни стоимости, ни прибавочной стоимости, а только опосредствует их реализацию и тем самым одновременно опосредствует действительный обмен товаров, их переход из одних рук в другие, общественный обмен веществ. Тем не менее, так как фаза обращения промышленного капитала точно так же составляет фазу процесса воспроизводства, как и производство, то капитал, самостоятельно функционирующий в процессе обращения, должен точно так же приносить среднюю годовую прибыль, как и капитал, функционирующий в различных отраслях производства. Если бы купеческий капитал приносил в процентном отношении более высокую среднюю прибыль, чем промышленный капитал, то часть промышленного капитала превратилась бы в купеческий капитал. Если бы он приносил более низкую среднюю прибыль, то имел бы место обратный процесс. Часть купеческого капитала превратилась бы в промышленный капитал. Ни один вид капитала не может изменять своего назначения, своей функции с большей лёгкостью, чем купеческий капитал.

Так как сам купеческий капитал не производит прибавочной стоимости, то ясно, что прибавочная стоимость, приходящаяся на его долю в форме средней прибыли, составляет часть прибавочной стоимости, произведённой всем производительным капиталом. Но теперь вопрос заключается в следующем: каким образом купеческий капитал притягивает к себе достающуюся на его долю часть произведённой производительным капиталом прибавочной стоимости, или прибыли?

Это только внешняя видимость, будто торговая прибыль есть простая надбавка, номинальное повышение цены товаров выше их стоимости.

Ясно, что купец может извлекать свою прибыль только из цены продаваемых им товаров, и ещё более ясно, что эта прибыль, получаемая им при продаже своих товаров, должна равняться разнице между его покупной ценой и его продажной ценой, равняться избытку, на который последняя превышает первую.

Возможны случаи, когда после покупки товара и до его продажи в него войдут дополнительные издержки (издержки «310» обращения), но точно так же возможны случаи, когда этого не бывает. Если такие издержки имеют место, то ясно, что превышение продажной цены над покупной ценой представляет не одну только прибыль. Чтобы упростить исследование, мы прежде всего предположим, что никаких таких издержек в товар не входит.

Для промышленного капиталиста разница между продажной и покупной ценой его товаров равна разнице между их ценой производства и издержками производства или, если рассматривать совокупный общественный капитал, равна разнице между стоимостью товаров и издержками их производства для капиталистов, что, в свою очередь, сводится к разнице между всем количеством овеществлённого в них труда и количеством овеществлённого в них оплаченного труда. Товары, купленные промышленным капиталистом, прежде чем они снова будут выброшены на рынок как товары, готовые для продажи, проходят процесс производства, в котором только и производится составная часть их цены, реализуемая впоследствии как прибыль. Иначе всё обстоит у торговца товарами. Товары находятся в его руках только до тех пор, пока они находятся в процессе своего обращения. Он только продолжает их продажу, начатую производительным капиталистом, продолжает реализацию их цены и потому не подвергает их никакому промежуточному процессу, в котором они снова могли бы всасывать прибавочную стоимость. В то время как промышленный капиталист в обращении лишь реализует ранее произведённую прибавочную стоимость, или прибыль, купец, напротив, должен в обращении и посредством обращения не только реализовать свою прибыль, но сначала создать её. Кажется, будто это возможно только при том условии, что товары, проданные ему промышленным капиталистом по их ценам производства, или, — если рассматривать совокупный товарный капитал, — по их стоимостям, он продаёт дороже их цен производства, делает номинальную надбавку к их ценам, следовательно, — если рассматривать совокупный товарный капитал, — продаёт их выше их стоимости и кладёт себе в карман этот избыток их номинальной стоимости над их реальной стоимостью, — словом, продаёт их дороже, чем они стоят.

Понять эту форму надбавки очень легко. Например, один аршин холста стоит 2 шиллинга. Если мне надо при перепродаже получить 10% прибыли, то я должен накинуть на цену 1/10, следовательно, продавать аршин по 2 шилл, 22/5 пенса. Разница между его действительной ценой производства и его продажной ценой в таком случае = 2 2/5 пенса, а это на 2 шилл. «311» составляет прибыль в 10%. Фактически я продаю в таком случае покупателю аршин холста по такой цене, которая в действительности есть цена 11/10 аршина. Или, что сводится к тому же самому: это совершенно всё равно, как если бы я продавал покупателю за 2 шилл. только 10/11 аршина, а 1/11 удерживал у себя. Действительно, на 2 2/5 пенса я могу снова купить 1/11 аршина, считая по 2 шилл. 22/5 пенса за аршин. Следовательно, это было бы только окольным путём для того, чтобы посредством номинального повышения цены товаров получить долю в прибавочной стоимости и в прибавочном продукте.

Это — реализация торговой прибыли путём надбавки к цене товаров, как она представляется на первый взгляд. И в самом деле, всё представление о происхождении прибыли от номинального повышения цены товаров или от продажи их выше их стоимости возникло из наблюдений над торговым капиталом.

Однако если подойти к вопросу ближе, то скоро обнаруживается, что это — простая видимость и что если предполагать капиталистический способ производства господствующим, то торговая прибыль реализуется не таким способом. (Здесь речь идёт всегда только о средних, а не об отдельных случаях.) Почему мы полагаем, что торговец товарами может реализовать прибыль на свои товары, скажем, в 10%, лишь продавая их на 10% выше их цены производства? Потому что мы предположили, что производитель этих товаров, промышленный капиталист (который, как олицетворение промышленного капитала, по отношению к внешнему миру всегда фигурирует в качестве «производителя»), продал их купцу по их цене производства. Если покупные цены товаров, уплаченные торговцем товарами, равны их ценам производства, в конечном счёте, равны их стоимостям, так что, следовательно, цена производства, а в конечном счёте стоимость товаров, представляет для купца издержки производства, то в действительности избыток его продажной цены над его покупной ценой, — а только эта разница между ценами и образует источник его прибыли, — должен быть избытком их торговой цены над их ценой производства, и в конечном счёте купец должен продавать все товары выше их стоимости. Но почему же было предположено, что промышленный капиталист продаёт купцу товары по их цене производства? Или, вернее сказать, что имелось в виду при таком предположении? То, что торговый капитал (здесь мы имеем с ним дело ещё только как с товарно-торговым капиталом) не участвует в образовании общей нормы прибыли. При исследовании общей нормы прибыли мы необходимо исходили из такого предположения, во-первых, потому «312» что торговый капитал как таковой тогда для нас ещё не существовал; а во-вторых, потому что среднюю прибыль, а следовательно и общую норму прибыли, необходимо было сначала исследовать как выравнивание прибылей, или прибавочных стоимостей, которые действительно производятся промышленными капиталами различных сфер производства. Напротив, в купеческом капитале мы имеем дело с таким капиталом, который участвует в прибыли, не участвуя в её производстве. Следовательно, нам необходимо теперь дополнить прежнее изложение.

Предположим, что весь промышленный капитал, авансированный в продолжение года, = 720c + 180v = 900 (например, миллионам фунтов стерлингов), a m' = 100%. Следовательно, продукт = 720c + 180v + 180m. Если мы затем обозначим этот продукт, или произведённый товарный капитал, через Т, то его стоимость, или цена производства (так как для всей совокупности товаров они совпадают), = 1 080, а норма прибыли для всего капитала в 900 = 20%. Согласно вышеизложенному, эти 20% представляют собой среднюю норму прибыли, так как прибавочная стоимость здесь вычисляется не на тот или иной капитал особого строения, а на весь промышленный капитал с его средним строением. Итак, Т = 1 080 и норма прибыли = 20%. Но теперь мы предположим, что к этим 900 ф. ст. промышленного капитала присоединяется ещё 100 ф. ст. купеческого капитала, который pro rata[149] своей величине имеет такую же долю в прибыли, как и тот. Согласно предположению, купеческий капитал составляет 1/10 совокупного капитала в 1 000. Следовательно, из совокупной прибавочной стоимости в 180 на его долю приходится 1/10, и таким образом он получает прибыль по норме 18%. Значит прибыль, подлежащая распределению между остальными 9/10 всего совокупного капитала, фактически равняется уже только 162, или на капитал в 900 она тоже = 18%. Таким образом цена, по которой владельцы промышленного капитала в 900 продают Т торговцам товарами, = 720c + 180v + 162m = 1 062. Следовательно, если купец надбавит на свой капитал в 100 среднюю прибыль в 18, то он продаёт товары за 1 062 + 18 = 1 080, т. е. по их цене производства, или — если рассматривать весь товарный капитал, — по их стоимости, хотя он добывает свою прибыль только в обращении и через обращение и только таким путём, что цена, по которой он продаёт, превышает цену, по которой он покупает. Но всё же он продаёт товары не выше их стоимости, или не выше их цены производства, «313» как раз потому, что он купил их у промышленного капиталиста ниже их стоимости, или ниже их цены производства.

Итак, купеческий капитал определяющим образом участвует в образовании общей нормы прибыли pro rata той доле, какую он составляет от совокупного капитала. Следовательно, если мы в данном случае говорим: средняя норма прибыли = 18%, то она была бы = 20%, если бы 1/10 совокупного капитала не составлял купеческий капитал и если бы вследствие этого общая норма прибыли не понизилась на 1/10. Вместе с тем появляется более точное, ограничительное определение цены производства. Под ценой производства, как и выше, следует понимать цену товара = его издержкам (стоимости содержащегося в нём постоянного и переменного капитала) + средняя прибыль на них. Но эта средняя прибыль определяется теперь иначе. Она определяется всей прибылью, которую производит весь производительный капитал; но она исчисляется не только на весь этот производительный капитал, так что, если он по-прежнему был бы = 900, а прибыль = 180, то средняя норма прибыли была бы = 180 / 900 = 20% а на весь производительный капитал + торговый капитал, так что если имеется 900 производительного и 100 торгового капитала, то средняя норма прибыли 180 / 1 000 = 18%. Следовательно, цена производства = k (издержкам) + 18, а не k + 20. В средней норме прибыли уже учтена часть всей прибыли, приходящаяся на долю торгового капитала. Поэтому действительная стоимость, или цена производства, всего товарного капитала = k + p + h (где h означает торговую прибыль). Следовательно, цена производства, или та цена, по которой продаёт промышленный капиталист как таковой, ниже, чем действительная цена производства товара; или, если рассматривать всю совокупность товаров, то цены, по которым продаёт их класс промышленных капиталистов, ниже их стоимостей. Таким образом в вышеприведённом примере: 900 (издержки) + 18% на 900, или 900 + 162 = 1 062. Купец же, продавая товар, сто́ящий ему 100, за 118, конечно, накидывает 18%; но так как товар, купленный им за 100, сто́ит 118, то таким образом он продаёт его не выше его стоимости. Мы будем употреблять выражение цена производства в вышеизложенном более точном смысле. В таком случае ясно, что прибыль промышленного капиталиста равна избытку цены производства товара над его издержками производства и что в отличие от этой промышленной прибыли «314» торговая прибыль равна избытку продажной цены над ценой производства товара, которая для купца является его покупной ценой; но ясно, что действительная цена товара = его цене производства + купеческая (торговая) прибыль. Подобно тому, как промышленный капитал только потому реализует прибыль, что она как прибавочная стоимость уже заключается в стоимости товара, так и торговый капитал только потому реализует её, что не вся прибавочная стоимость, или прибыль, была реализована промышленным капиталом в цене товара[150]. Таким образом цена, по которой купец продаёт, выше той, по которой он покупает, не потому, что первая выше всей стоимости, но потому, что вторая ниже её.

Итак, купеческий капитал участвует в выравнивании прибавочной стоимости в среднюю прибыль, хотя и не участвует в производстве этой прибавочной стоимости. Поэтому общая норма прибыли уже содержит в себе вычет из прибавочной стоимости, приходящийся на долю купеческого капитала, т. е. вычет из прибыли промышленного капитала.

Из вышеизложенного следует:

1) Чем больше купеческий капитал по сравнению с промышленным капиталом, тем меньше норма промышленной прибыли, и обратно.

2) Если в первом отделе оказалось, что норма прибыли всегда выражается меньшей величиной, чем норма действительной прибавочной стоимости, т. е. всегда показывает степень эксплуатации труда слишком низкой, — например, в вышеприведённом случае 720c + 180v + 180m норма прибавочной стоимости в 100% выражается как норма прибыли только в 20%, — то эти величины расходятся ещё больше, поскольку сама средняя норма прибыли, если учесть долю, приходящуюся на купеческий капитал, в свою очередь, представляется меньше, — в нашем случае 18% вместо 20%. Следовательно, средняя норма прибыли непосредственно эксплуатирующего капиталиста выражает норму прибыли преуменьшенной по сравнению с той, какой она является в действительности.

При прочих равных условиях относительная величина купеческого капитала стоит в обратном отношении к скорости его оборота, следовательно, в обратном отношении к энергии процесса воспроизводства вообще (однако капитал мелких торговцев — промежуточного слоя торговцев [Zwittergattung] — составляет исключение). В ходе научного анализа в качестве исходного пункта образования общей нормы прибыли принимаются «315» промышленные капиталы и конкуренция между ними, и только позже вносится поправка, дополнение и модификация благодаря посредничеству купеческого капитала. В ходе исторического развития дело обстоит как раз наоборот. Капитал, который сначала определяет цены товаров более или менее по их стоимостям, есть торговый капитал, и та сфера, в которой впервые образуется общая норма прибыли, есть сфера обращения, опосредствующая процесс воспроизводства. Первоначально торговая прибыль определяет промышленную прибыль. Только после того, как внедрился капиталистический способ производства и производитель сам сделался купцом, торговая прибыль сводится к такой части всей прибавочной стоимости, которая приходится на долю торгового капитала как соответственной части совокупного капитала, занятого в общественном процессе воспроизводства.

При дополнительном выравнивании прибылей вследствие вмешательства купеческого капитала оказалось, что в стоимость товара не входит никакого добавочного элемента на авансированный купцом денежный капитал, что надбавка к цене, благодаря которой купец получает свою прибыль, равна только той части стоимости товара, которую производительный капитал не причислил к цене производства товара, равна той части, которой он поступился. С этим денежным капиталом дело обстоит именно так, как с основным капиталом промышленного капиталиста, поскольку он не потреблён, поскольку, следовательно, его стоимость не составляет никакого элемента стоимости товара. Именно в той цене, по которой он покупает товарный капитал, он возмещает деньгами цену его производства = Д. Цена, по которой он продаёт, как было показано выше, = Д+ ΔД, причём ΔД выражает прибавку к цене товара, определяемую общей нормой прибыли. Следовательно, если купец продаёт товар, то к нему возвращается кроме ΔД первоначальный денежный капитал, авансированный им на покупку товаров. При этом снова обнаруживается, что его денежный капитал вообще есть не что иное, как превращённый в денежный капитал товарный капитал промышленного капиталиста, капитал, который так же мало может влиять на величину стоимости этого товарного капитала, как если бы последний продавался не купцу, а непосредственно окончательному потребителю. Фактически он только предвосхищает оплату товара этим последним. Однако это справедливо только в том случае, если, как это мы до сих пор предполагали, купец не делает никаких издержек или если в процессе метаморфоза товаров, купли и продажи, ему не приходится авансировать «316» никакого иного капитала, ни основного, ни оборотного, кроме того денежного капитала, который он должен авансировать для того, чтобы купить товар у производителя. Однако, как мы это видели при рассмотрении издержек обращения («Капитал», кн. II, гл. VI), это не так. И эти издержки обращения являются отчасти такими, которые купец может потребовать от других агентов обращения, отчасти такими, которые непосредственно связаны с его специфическим предприятием.

Какого бы рода ни были эти издержки обращения, свойственны ли они чисто купеческому предприятию как таковому, следовательно, принадлежат к специфическим издержкам обращения купца, или же они представляют расходы, обусловленные дополнительными процессами производства, совершающимися во время процесса обращения, каковы: отправка, перевозка, хранение и пр., они постоянно предполагают, что купцом, кроме денежного капитала, авансированного на покупку товаров, авансирован дополнительный капитал на покупку и оплату этих средств обращения. Поскольку этот элемент издержек состоит из оборотного капитала, он как дополнительный элемент входит целиком в продажную цену товаров; поскольку он состоит из основного капитала, он входит в неё как дополнительный элемент по мере своего износа; но он входит в неё и как элемент, образующий номинальную стоимость, даже если он, как чисто купеческие издержки обращения, не образует никакого действительного дополнения к стоимости товара. Но весь этот дополнительный капитал, будет ли он оборотным или основным, участвует в образовании общей нормы прибыли.

Чисто купеческие издержки обращения (следовательно, за исключением издержек на отправку, перевозку, хранение и пр.) сводятся к издержкам, необходимым для реализации стоимости товара, для превращения её из товара в деньги или из денег в товар, для опосредствования обмена между ними. При этом мы совершенно оставляем в стороне процессы производства, которые могут продолжаться в течение акта обращения и от которых купеческое предприятие может существовать совершенно обособленным. Подобно тому, как, например, действительный транспорт и отправка товаров фактически могут представлять и представляют собой отрасли хозяйства, совершенно отличные от торговли, точно так же и товары, подлежащие купле и продаже, могут лежать в доках и других общественных помещениях, причём вытекающие из этого издержки, поскольку купцу приходится их авансировать, начисляются на него третьими лицами. Всё это имеет место «317» в собственно оптовой торговле, где купеческий капитал проявляется в наиболее чистом виде и в наименьшей степени переплетается с другими функциями. Хозяин извозного предприятия, управляющий железной дорогой, судовладелец — не «купцы». Издержки, которые мы здесь рассматриваем, это издержки купли и продажи. Уже ранее мы отметили, что они сводятся к расчётам, ведению бухгалтерского учёта, рыночным расходам, расходам на корреспонденцию и пр. Необходимый для этого постоянный капитал заключается в конторах, бумагах, почтовых знаках и пр. Другие издержки сводятся к переменному капиталу, который авансируется на наём торговых рабочих. (Экспедиционные расходы, транспортные издержки, таможенные пошлины и т. п. отчасти можно рассматривать таким образом, как будто купец авансировал их на покупку товаров, и потому для него они входят в покупную цену.)

Все такие издержки делаются не при производстве потребительной стоимости товара, а при реализации его стоимости; они суть чистые издержки обращения. Они входят не в непосредственный процесс производства, а в процесс обращения, а потому в совокупный процесс воспроизводства.

Нас здесь интересует единственно та часть этих издержек, которая расходуется на переменный капитал. (Кроме того, необходимо было бы исследовать: во-первых, каким образом сохраняет своё значение для процесса обращения закон, согласно которому в стоимость товара входит только необходимый труд? Во-вторых, как проявляется накопление при купеческом капитале? В-третьих, как функционирует купеческий капитал в действительном общественном процессе воспроизводства, взятом в целом?)

Эти издержки обусловливаются экономической формой продукта как товара.

Если рабочее время, которое промышленные капиталисты теряют сами, продавая свои товары непосредственно один другому, — следовательно, говоря объективно, время обращения товаров, — не присоединяет никакой стоимости к этим товарам, то ясно, что это рабочее время не получает иного характера вследствие того, что вместо промышленного капиталиста оно приходится на долю купца. Превращение товара (продукта) в деньги и денег в товар (в средства производства) составляет необходимую функцию промышленного капитала и, следовательно, необходимую операцию капиталиста, который в действительности представляет собой только персонифицированный капитал, одарённый собственным сознанием и волей. Но эти функции не увеличивают стоимости и не создают «318» прибавочной стоимости. Совершая такие операции или продолжая выполнять функции капитала в сфере обращения после того, как их перестал выполнять производительный капиталист, купец лишь заменяет промышленного капиталиста. Рабочее время, требующееся для этих операций, употребляется на необходимые операции в процессе воспроизводства капитала, но оно не присоединяет никакой стоимости. Если бы купец не выполнял этих операций (следовательно и не затрачивал бы требующегося для них рабочего времени), то он не употреблял бы своего капитала в качестве агента обращения промышленного капитала; он не продолжал бы функции, прерванной промышленным капиталистом, и потому не принимал бы в качестве капиталиста участия pro rata авансированному им капиталу в той массе прибыли, которая производится всем классом промышленных капиталистов. Поэтому для того чтобы иметь долю в общей массе прибавочной стоимости, чтобы авансированная им сумма возрастала в своей стоимости как капитал, торговому капиталисту нет необходимости применять наёмных рабочих. Если его предприятие и его капитал незначительны, он сам может быть единственным работником в своём собственном предприятии. Он оплачивается частью прибыли, возникающей из разницы между покупной ценой товаров и их действительной ценой производства.

Но, с другой стороны, при небольшом размере капитала, авансированного купцом, реализуемая им прибыль может быть нисколько не больше, или даже меньше, заработной платы лучше оплачиваемого квалифицированного наёмного рабочего. В самом деле, наряду с ним функционируют непосредственные торговые агенты производительного капиталиста, закупщики, продавцы, коммивояжёры, получающие столько же или больше дохода, в форме ли заработной платы или в форме отчислений от прибыли с каждой продажи (комиссионные, тантьемы). В первом случае купец получает торговую прибыль как самостоятельный капиталист; во втором случае приказчику, наёмному рабочему промышленного капиталиста, выплачивается часть прибыли в форме ли заработной платы или в форме соответствующего отчисления от прибыли того промышленного капиталиста, непосредственным агентом которого он является, и в этом случае его хозяин кладёт себе в карман как промышленную, так и торговую прибыль. Но хотя самому агенту обращения его доход может представляться простой заработной платой, платой за выполненный им труд, и хотя там, где он не представляется в таком виде, величина его прибыли может равняться лишь заработной плате лучше оплачиваемого рабочего, однако «319» во всех этих случаях источником его дохода служит лишь торговая прибыль. Это происходит от того, что его труд не есть труд, создающий стоимость.

Увеличение продолжительности операции обращения представляет для промышленного капиталиста 1) его личную потерю времени, поскольку это мешает ему выполнять свою функцию управляющего самим процессом производства; 2) более продолжительное пребывание его продукта, в денежной или товарной форме, в процессе обращения, следовательно в таком процессе, где не происходит возрастания стоимости этого продукта и где непосредственный процесс производства прерывается. Чтобы последний не прерывался, приходится сокращать производство или, — чтобы процесс производства продолжался постоянно в прежнем масштабе, — авансировать дополнительный денежный капитал. Это каждый раз сводится к тому, что или при прежнем капитале получается меньшая прибыль или приходится авансировать дополнительный денежный капитал, чтобы получить прежнюю прибыль. Всё это нисколько не изменяется, если на место промышленного капиталиста становится купец. Вместо того чтобы первый затрачивал дополнительное время на процесс обращения, его затрачивает купец; вместо того чтобы промышленник авансировал на обращение дополнительный капитал, его авансирует купец; или, — что то же самое, — вместо того чтобы значительная часть промышленного капитала постоянно находилась в процессе обращения, в этом процессе сосредоточивается исключительно капитал купца; и вместо того чтобы промышленный капиталист производил меньшую прибыль, ему приходится часть своей прибыли уступать купцу. Поскольку купеческий капитал не превышает необходимых пределов, то вследствие такого разделения функций капитала употребляется меньше времени на самый процесс обращения, авансируется на него меньше дополнительного капитала, и потеря на общем количестве прибыли, выражающаяся в форме торговой прибыли, меньше, чем была бы она в противном случае. Если в приведённом выше примере капитал 720c + 180v + 180m, при существовании наряду с ним купеческого капитала в 100, даёт промышленному капиталисту прибыль в 162, или 18%, следовательно, прибыль убавляется на 18, то без такого обособления купеческого капитала необходимый дополнительный капитал достигал бы, может быть, 200, и в таком случае вся сумма, авансированная промышленным капиталистом, составляла бы 1 100 вместо 900, следовательно, при прибавочной стоимости в 180 норма прибыли была бы только 16 4/11%.

«320»Если промышленный капиталист, являющийся по отношению к самому себе и купцом, кроме дополнительного капитала, на который он покупает новый товар, прежде чем его продукт, находящийся в обращении, превратится в деньги, авансировал ещё капитал (на конторские расходы и на заработную плату торговым рабочим) для реализации стоимости своего товарного капитала, следовательно на процесс обращения, то эти расходы хотя и образуют дополнительный капитал, но они не создают прибавочной стоимости. Они должны быть возмещены из стоимости товаров; некоторая часть стоимости этих товаров должна быть снова превращена в эти издержки обращения; но никакой дополнительной прибавочной стоимости от этого не образуется. По отношению к совокупному капиталу общества это фактически сводится к тому, что часть его требуется для второстепенных операций, не входящих в процесс увеличения стоимости, и что эта часть общественного капитала постоянно должна воспроизводиться для этих целей. Вследствие этого уменьшается норма прибыли для отдельных капиталистов и для всего класса промышленных капиталистов, т. е. получается результат, который следует из всякого присоединения дополнительного капитала, поскольку это требуется, чтобы привести в движение прежнюю массу переменного капитала.

Это уменьшение нормы прибыли, только в меньшей степени и иным путём, происходит также, поскольку торговый капиталист избавляет промышленного капиталиста от этих связанных с самим обращением дополнительных издержек. Дело представляется теперь таким образом, что купец авансирует капитала больше, чем требовалось бы, если бы этих издержек не существовало, и что прибыль на этот дополнительный капитал повышает сумму торговой прибыли; следовательно, купеческий капитал в большем размере участвует вместе с промышленным капиталом в выравнивании средней нормы прибыли, т. е. средняя прибыль понижается. Если в нашем прежнем примере кроме 100 единиц купеческого капитала авансируется ещё 50 дополнительного капитала на те издержки, о которых идёт речь, то общая сумма прибавочной стоимости в 180 распределяется в таком случае на производительный капитал в 900 плюс купеческий капитал в 150, итого = 1 050. Следовательно, средняя норма прибыли понижается до 17 1/7%. Промышленный капиталист продаёт товары купцу за 900 + 154 2/7 = 1 054 2/7 а купец продаёт их за 1 130 (1 080 + 50 на те издержки, которые он опять должен возместить). Впрочем, следует признать, что с разделением капитала на купеческий «321» и промышленный связана централизация торговых издержек и вследствие этого их сокращение.

Теперь спрашивается: как обстоит дело с торговыми наёмными рабочими, занятыми у торгового капиталиста, в нашем случае у торговца товарами?

С одной стороны, такой торговый рабочий совершенно такой же наёмный рабочий, как и всякий другой. Во-первых, поскольку его труд покупается на переменный капитал купца, а не на те деньги, которые расходуются как доход, следовательно, покупается не для личных услуг, а в целях увеличения стоимости капитала, авансированного купцом. Во-вторых, поскольку стоимость его рабочей силы и, следовательно, его заработная плата, определяется, как и у всех других наёмных рабочих, издержками производства и воспроизводства его специфической рабочей силы, а не продуктом его труда.

Но между ним и рабочими, непосредственно занятыми промышленным капиталом, имеется такое же различие, какое существует между промышленным капиталом и торговым капиталом, а потому между промышленным капиталистом и купцом. Так как купец как простой агент обращения не производит ни стоимости, ни прибавочной стоимости (потому что добавочная стоимость, которую он присоединяет к товарам посредством своих издержек, сводится лишь к добавлению ранее существовавшей стоимости, хотя здесь напрашивается вопрос, каким образом он удерживает, сберегает эту стоимость своего постоянного капитала), то и торговые рабочие, занятые у него исполнением таких же функций, не могут непосредственно создавать для него прибавочную стоимость. При этом, как и для производительных рабочих, мы предполагаем, что их заработная плата определяется стоимостью рабочей силы, следовательно, купец не обогащается вычетами из заработной платы, т. е. он не включает в счёт своих издержек сумму, на которую он недооплачивает труд, другими словами, он обогащается не тем, что надувает своих приказчиков и пр.

По отношению к торговым наёмным рабочим затруднение состоит вовсе не в том, чтобы объяснить, каким образом они производят прибыль непосредственно для своих хозяев, хотя и не производят непосредственно прибавочной стоимости (лишь превращённой формой которой является прибыль). Этот вопрос фактически уже разрешён общим анализом торговой прибыли. Совершенно так же, как промышленный капитал получает прибыль благодаря тому, что он продаёт заключающийся и реализованный в товарах труд, за который он не заплатил никакого эквивалента, так и торговый капитал получает «322» её благодаря тому, что он оплачивает промышленному капиталу не весь неоплаченный труд, заключающийся в товаре (в товаре, поскольку капитал, затраченный на его производство, функционирует как соответственная часть всего промышленного капитала), при продаже товаров, напротив, заставляет заплатить себе ещё и за эту заключающуюся в товарах и не оплаченную им часть. Отношение купеческого капитала к прибавочной стоимости иное, чем отношение к ней промышленного капитала. Последний производит прибавочную стоимость путём непосредственного присвоения неоплаченного чужого труда. Первый присваивает себе часть этой прибавочной стоимости, заставляя промышленный капитал уступить ему эту часть.

Лишь посредством своей функции — реализации стоимостей — торговый капитал функционирует в процессе воспроизводства как капитал, а потому как функционирующий капитал извлекает долю прибавочной стоимости, произведённой всем капиталом. Для каждого отдельного купца масса его прибыли зависит от массы капитала, которую он может употреблять на этот процесс, а он может употреблять на куплю и продажу тем больше, чем больше неоплаченный труд его приказчиков. Даже функцию, в силу которой его деньги являются капиталом, торговый капиталист по большей части заставляет выполнять своих рабочих. Хотя неоплаченный труд этих приказчиков не создаёт прибавочной стоимости, но он создаёт для него возможность присвоения прибавочной стоимости, что по своему результату представляет для этого капитала совершенно то же самое; следовательно, этот труд является для него источником прибыли. Иначе торговое предприятие невозможно было бы вести в крупных размерах, невозможно было бы вести капиталистически.

Подобно тому, как неоплаченный труд рабочего непосредственно создаёт для производительного капитала прибавочную стоимость, неоплаченный труд торговых наёмных рабочих создаёт для торгового капитала участие в этой прибавочной стоимости.

Затруднение заключается в следующем: если рабочее время и труд самого купца не являются трудом, создающим стоимость, хотя он и создаёт для купца участие в уже произведённой прибавочной стоимости, то как обстоит дело с тем переменным капиталом, который купец расходует на покупку торговой рабочей силы? Следует ли причислять этот переменный капитал как издержки к авансированному торговому капиталу? Если нет, то это как будто противоречит закону выравнивания «323» нормы прибыли; какой капиталист стал бы авансировать 150, если бы он мог считать авансированным капиталом только 100? Если же следует, то это как будто противоречит сущности торгового капитала, так как капитал этого рода функционирует как капитал не благодаря тому, что он подобно промышленному капиталу приводит в движение чужой труд, а благодаря тому, что он сам работает, т. е. выполняет функции купли и продажи и именно лишь за это и благодаря этому переносит на себя часть прибавочной стоимости, произведённой промышленным капиталом.

(Итак, нам предстоит исследовать следующие вопросы: переменный капитал купца; закон необходимого труда в сфере обращения; каким образом труд купца сохраняет стоимость его постоянного капитала; роль купеческого капитала в процессе воспроизводства, взятом в целом; наконец, раздвоение на товарный капитал и денежный капитал, с одной стороны, и на товарно-торговый и денежно-торговый капитал, с другой.)

Если бы каждый купец располагал только таким количеством капитала, которое позволяло бы ему совершать обороты посредством исключительно своего собственного труда, то происходило бы бесконечное дробление купеческого капитала; это дробление должно было бы возрастать по мере увеличения с развитием капиталистического способа производства масштабов производства и операций производительного капитала. Следовательно, получилось бы возрастающее несоответствие между тем и другим. По мере централизации капитала в сфере производства совершалась бы децентрализация капитала в сфере обращения. Чисто купеческие операции промышленного капиталиста и вместе с тем его чисто купеческие расходы вследствие этого бесконечно увеличивались бы, так как ему пришлось бы иметь дело, например, с 1 000 купцов вместо 100. Тем самым утратилась бы бо́льшая часть выгоды от обособления купеческого капитала; кроме чисто купеческих, росли бы и другие издержки обращения: по сортировке, отправке и т. д. Это относится к промышленному капиталу. Рассмотрим теперь купеческий капитал. Во-первых, что касается чисто купеческих работ. В счетоводстве при больших числах не требуется больше времени, чем при малых. 10 покупок по 100 ф. ст. требуют в десять раз больше времени, чем одна покупка в 1 000 фунтов стерлингов. Корреспонденция, бумага, почтовые расходы обойдутся в десять раз дороже, если иметь дело с 10 мелкими купцами, чем если иметь дело с одним крупным. Строго очерченное разделение труда в коммерческом предприятии, где один ведёт бухгалтерский учёт, другой кассу, третий «324» корреспондирует, тот покупает, этот продаёт, другой находится в разъездах и т. д., сберегает рабочее время в огромных количествах, так что число торговых рабочих, находящих применение в оптовой торговле, не стоит ни в каком соответствии с относительной величиной предприятия. Это происходит оттого, что в торговле гораздо чаще, чем в промышленности, одна и та же функция требует одинакового рабочего времени независимо от того, выполняется ли она в большом или малом масштабе. Поэтому исторически концентрация в купеческом деле наступает раньше, чем в промышленной мастерской. Далее, расходы на постоянный капитал. 100 мелких контор сто́ят бесконечно дороже, чем одна большая; 100 мелких товарных складов — дороже, чем один большой, и т. д. Транспортные издержки, по крайней мере те, которые входят в число издержек, подлежащих авансированию, в купеческом предприятии возрастают вместе с дроблением.

Промышленный капиталист должен был бы затрачивать в торговой части своего предприятия больше труда и издержек обращения. Один и тот же купеческий капитал, если бы он был разделён между множеством мелких купцов, потребовал бы вследствие такой раздробленности гораздо больше рабочих для опосредствования своих функций, и, кроме того, потребовался бы более крупный купеческий капитал для обращения того же самого товарного капитала.

Если мы обозначим через B весь купеческий капитал, затраченный непосредственно на куплю и продажу товаров, а через b обозначим соответствующий переменный капитал, расходуемый на оплату вспомогательных торговых рабочих, то B + b оказывается меньше, чем должен бы быть весь купеческий капитал B, если бы каждый купец обходился без помощников, т. е. если бы часть капитала не расходовалась на b. Однако мы всё же ещё не разрешили затруднения.

Продажная цена товаров должна быть достаточной, 1) чтобы оплатить среднюю прибыль на B + b. Это объясняется уже тем, что B + b есть вообще сокращение первоначального B, представляет меньший купеческий капитал, чем тот, который был бы необходим без b. Но эта продажная цена должна быть достаточной, 2) чтобы, кроме дополнительно появляющейся теперь прибыли на b, возместить и выплаченную заработную плату, самый переменный капитал купца = b. Это последнее представляет затруднение. Образует ли b новую составную часть цены или оно есть только часть прибыли, полученной на B + b, часть, которая является заработной платой только по отношению к торговому рабочему, а по отношению к самому купцу «325» представляет собой простое возмещение его переменного капитала? В последнем случае полученная купцом прибыль на затраченный им капитал B + b была бы только равна прибыли, приходящейся соответственно общей норме на (B + b), плюс b, причём последнее оплачивается купцом в форме заработной платы, но само не приносит никакой прибыли.

На деле задача сводится к тому, чтобы найти границы b (в математическом смысле). Прежде всего мы хотим точно установить, в чём заключается затруднение. Обозначим капитал, затраченный непосредственно на куплю и продажу товаров, через B, постоянный капитал, потребляемый при этой функции, через K (вещественные торговые издержки) и переменный капитал, расходуемый купцом, через b.

Возмещение B не представляет решительно никаких затруднений. Оно является только реализованной покупной ценой для купца или ценой производства для фабриканта. Купец платит эту цену, а при перепродаже он получает B обратно как часть своей продажной цены; кроме этого B он, как было объяснено выше, получает прибыль на B. Например, товар стоит 100 фунтов стерлингов. Прибыль на него пусть составляет 10%. Таким образом товар продаётся за 110. Уже раньше товар стоил 100; купеческий капитал в 100 прибавляет к нему только 10.

Далее, если мы возьмём K, то оказывается, что оно, самое большее, такой же величины, а в действительности меньше той части постоянного капитала, которую пришлось бы употребить для купли и продажи производителю; но она составила бы тогда прибавку к тому постоянному капиталу, который употребляется производителем непосредственно в производстве. Тем не менее эта часть должна постоянно возмещаться из цены товара, или, что то же самое, соответственная часть товара должна постоянно расходоваться в этой форме, должна, если иметь в виду совокупный общественный капитал, постоянно воспроизводиться в этой форме. Эта часть авансируемого постоянного капитала так же ограничивающе влияла бы на норму прибыли, как и вся масса его, вложенная непосредственно в производство. Поскольку промышленный капиталист предоставляет торговую часть своего предприятия купцу, ему нет надобности авансировать эту часть капитала. Вместо него её авансирует купец. Но это только номинально; купец не производит, не воспроизводит потребляемый им постоянный капитал (вещественные торговые издержки). Следовательно, производство последнего является особым видом предпринимательской деятельности или, по крайней мере, частью деятельности «326» известных промышленных капиталистов, которые, таким образом, играют такую же роль, как промышленные капиталисты, доставляющие постоянный капитал тем, кто производит жизненные средства. Следовательно, купец получает, во-первых, возмещение этого капитала и, во-вторых, прибыль на него. Таким образом, вследствие того и другого происходит сокращение прибыли промышленного капиталиста. Но благодаря связанной с разделением труда концентрации и экономии она сокращается в меньшей мере, чем в том случае, если бы ему самому приходилось авансировать этот капитал. Сокращение нормы прибыли меньше, потому что меньше авансируемый таким образом капитал.

Итак, продажная цена состоит пока из B + K + прибыль на B + K. После вышесказанного эта часть её не представляет никаких затруднений. Но вот появляется b, или переменный капитал, авансируемый купцом.

Вследствие этого продажная цена превращается в B + K + b + прибыль на В + К, + прибыль на b.

B возмещает только покупную цену, не присоединяя, однако, кроме прибыли на B, к этой цене никакой части. K присоединяет не только прибыль на K, но и самое K; однако сумма K + прибыль на K, т. е. часть издержек обращения, авансированная в форме постоянного капитала, плюс соответствующая средняя прибыль, была бы в руках промышленного капиталиста больше, чем в руках торгового капиталиста. Уменьшение средней прибыли проявляется так, что из полной средней прибыли, исчисленной на авансированный — без B + K — промышленный капитал, вычитается и выплачивается купцу средняя прибыль на B + K и, таким образом, этот вычет выступает в качестве прибыли особого капитала, купеческого капитала.

Но иначе обстоит дело с b + прибыль на b, или в данном случае, где норма прибыли предполагается = 10%, с b + 1/10b. Здесь-то и кроется действительное затруднение.

Согласно предположению, купец покупает на b только торговый труд, т. е. труд, необходимый для опосредствования функций обращения капитала, для Т — Д и Д — Т. Но торговый труд есть труд, вообще необходимый для того, чтобы капитал функционировал как купеческий капитал, чтобы он опосредствовал превращение товара в деньги и денег в товар. Это труд, реализующий стоимости, но не создающий никаких стоимостей. И лишь поскольку какой-нибудь капитал исполняет эти функции, — следовательно, поскольку какой-нибудь капиталист выполняет со своим капиталом эти операции, этот«327» труд, — постольку этот капитал функционирует как купеческий капитал и принимает участие в регулировании общей нормы прибыли, т. е. извлекает свой дивиденд из общей прибыли. Но в b + прибыль на b представляется оплаченным, во-первых, труд (потому что совершенно безразлично, платит ли промышленный капиталист купцу за его собственный труд или за труд приказчиков, оплачиваемых купцом) и, во-вторых, прибыль на сумму, уплаченную за тот труд, который должен был бы выполнить сам купец. Купеческий капитал получает обратно, во-первых, оплату b и, во-вторых, прибыль на него, следовательно, это происходит от того, что он, во-первых, заставляет заплатить себе за тот труд, благодаря которому он функционирует как купеческий капитал, а, во-вторых, он заставляет заплатить себе прибыль, потому что он функционирует как капитал, т. е. потому что он выполняет труд, который для него как функционирующего капитала оплачивается прибылью. Таков, следовательно, вопрос, который нам предстоит разрешить.

Предположим, что B = 100, b = 10 и норма прибыли = 10%. Предположим, что K = 0, чтобы без надобности не вводить снова в расчёт этот элемент покупной цены, который сюда не относится и с которым мы уже покончили. Таким образом, продажная цена была бы = B + p + b + p (= B + Bp' + b + bp', где p' — норма прибыли) = 100 + 10 + 10 + 1 = 121.

Но если бы купец не расходовал b на заработную плату, — так как b уплачивается лишь за торговый труд, следовательно за труд, необходимый для реализации стоимости товарного капитала, выбрасываемого на рынок промышленным капиталом, — то дело обстояло бы таким образом: на то, чтобы купить или продать на B = 100, купец отдавал бы своё время, и мы предположим, что это всё время, которым он располагает. Если бы торговый труд, представляемый b или 10 единицами, оплачивался не заработной платой, а прибылью, то он предполагал бы другой купеческий капитал = 100, так как 10% его = b = 10. Этот второй капитал В = 100 не входил бы дополнительно в цену товара, но 10%, конечно, входили бы в неё. Поэтому были бы произведены две операции по 100, составляющие 200, чтобы купить товаров на 200 + 20 = 220.

Так как купеческий капитал есть абсолютно не что иное, как обособившаяся форма части промышленного капитала, функционирующего в процессе обращения, то все относящиеся к нему вопросы должны разрешаться так, чтобы проблема ставилась прежде всего в такой форме, при которой свойственные купеческому капиталу явления представляются ещё «328» не самостоятельными, но стоящими в непосредственной связи с промышленным капиталом, как явления, свойственные разновидности этого капитала. Подобно конторе, в отличие её от мастерской, торговый капитал постоянно функционирует в процессе обращения. Таким образом, именно здесь, в конторе самого промышленного капиталиста, и до́лжно сначала исследовать интересующее нас b.

Прежде всего эта контора всегда чрезвычайно мала по сравнению с промышленной мастерской. Впрочем, ясно, что по мере расширения размеров производства увеличиваются торговые операции, которые приходится постоянно совершать в процессе обращения промышленного капитала как для того, чтобы продать продукт, имеющийся в форме товарного капитала, так и для того, чтобы снова превратить в средства производства вырученные деньги и всему вести счёт. Калькуляция цен, бухгалтерия, ведение кассы, корреспонденция — всё это сюда относится. Чем шире размер производства, тем больше, хотя отнюдь не в соответствующей пропорции, торговые операции промышленного капитала, следовательно, тем больше труд и прочие издержки обращения для реализации стоимости и прибавочной стоимости. Вследствие этого становится необходимым применение наёмных торговых рабочих, которые составляют собственно контору. Хотя расходы на них производятся в форме заработной платы, эти расходы отличаются от переменного капитала, который затрачивается на покупку производительного труда. Они увеличивают расходы промышленного капиталиста, массу авансируемого капитала, не увеличивая непосредственно прибавочной стоимости. Потому что они являются расходами на оплату труда, который употребляется только для реализации уже созданной стоимости. Как и всякий другой расход такого рода, этот расход тоже уменьшает норму прибыли, потому что возрастает авансированный капитал, но не возрастает прибавочная стоимость. Если прибавочная стоимость m остаётся неизменной, авансированный же капитал К возрастает до К + ΔK, то вместо нормы прибыли m / K получается меньшая норма прибыли , Следовательно, промышленный капиталист старается свести до минимума эти издержки обращения совершенно так же, как и свои затраты на постоянный капитал. Поэтому отношение промышленного капитала к его торговым наёмным рабочим не таково, как отношение к его производительным наёмным рабочим. При прочих равных условиях, чем больше он применяет последних, тем крупнее «329» производство, тем больше прибавочная стоимость, или прибыль. И наоборот. Чем больше масштаб производства и чем больше подлежащая реализации стоимость, а потому и прибавочная стоимость, следовательно, чем больше произведённый товарный капитал, тем больше возрастают абсолютно, хотя и не относительно, конторские издержки и в тем большей мере они вызывают определённого рода разделение труда. В какой мере прибыль является предпосылкой таких расходов, это обнаруживается, между прочим, в том, что часто при увеличении жалованья торговым служащим часть его уплачивается в виде отчислений определённого процента с прибыли. По существу дела, труд, заключающийся только в посреднических операциях, связанных отчасти с калькуляцией стоимостей, отчасти с их реализацией, отчасти с обратным превращением реализованных денег в средства производства, размер которых зависит, следовательно, от величины произведённых и подлежащих реализации стоимостей, — такой труд действует не как причина, подобно непосредственно производительному труду, а как следствие соответствующей величины и массы этих стоимостей. Подобным же образом обстоит дело и с другими издержками обращения. Для того чтобы много измерять, взвешивать, упаковывать, транспортировать, должно быть налицо много товаров; масса труда по упаковке, транспорту и т. п. зависит от массы товаров, объектов такой деятельности, а не наоборот.

Торговый рабочий непосредственно не производит прибавочной стоимости. Но цена его труда определяется стоимостью его рабочей силы, следовательно издержками её производства, тогда как проявление этой рабочей силы в действии, её напряжение, расходование и износ, как и у всякого другого наёмного рабочего, отнюдь не ограничиваются её стоимостью. Поэтому его заработная плата никак не пропорциональна массе прибыли, которую он помогает реализовать капиталисту. То, чего он сто́ит капиталисту, и то, что́ он ему приносит, — это различные величины. Он приносит ему прибыль не потому, что непосредственно создаёт прибавочную стоимость, а потому, что помогает уменьшать издержки реализации прибавочной стоимости, поскольку он выполняет отчасти неоплаченный труд. Собственно торговый рабочий принадлежит к лучше оплачиваемому классу наёмных рабочих, к тем, труд которых есть квалифицированный труд, стоящий выше среднего труда. Между тем с прогрессом капиталистического способа производства заработная плата имеет тенденцию понижаться даже по сравнению с заработной платой среднего труда. Отчасти это происходит вследствие разделения труда внутри конторы, при «330» котором необходимым является лишь одностороннее развитие способности к труду и издержки производства такого развития отчасти ничего не сто́ят капиталисту: искусство рабочего развивается самой функцией, и притом тем быстрее, чем одностороннее она становится с разделением труда. Во-вторых, вследствие того, что начальное образование, знание торговли и языков и т. д. с прогрессом науки и народного образования приобретаются всё быстрее и легче, становятся всё более общераспространёнными, воспроизводятся тем дешевле, чем больше капиталистический способ производства направляет методы обучения и т. д. на практические цели. Распространение народного обучения позволяет вербовать этого рода рабочих из таких классов, которым раньше был закрыт доступ к этим профессиям, которые привыкли к сравнительно худшему образу жизни. К тому же оно увеличивает наплыв и вместе с тем конкуренцию. Поэтому, за некоторыми исключениями, с прогрессом капиталистического способа производства рабочая сила этих людей обесценивается; их заработная плата понижается, тогда как их способность к труду увеличивается. Капиталист увеличивает число таких рабочих в тех случаях, когда необходимо реализовать больше стоимости и прибыли. Увеличение такого труда постоянно является следствием, но отнюдь не причиной увеличения прибавочной стоимости[151].

 


 

Итак, происходит раздвоение. С одной стороны, функции капитала как товарного капитала и денежного капитала (а потому в дальнейшем определении как торгового капитала) суть общие определённые формы промышленного капитала. С другой стороны, особые капиталы, следовательно, особые категории капиталистов занимаются исключительно этими функциями, и таким образом эти функции становятся особыми сферами увеличения стоимости капитала.

Только в торговом капитале торговые функции и издержки обращения оказываются обособленными. Та сторона промышленного капитала, которой он соприкасается с обращением, существует не только в том, что сам он постоянно пребывает «331» в форме товарного капитала и денежного капитала, но и в том, что наряду с мастерской имеется контора. Но в торговом капитале эта сторона обособляется. Контора представляет собой его единственную мастерскую. Часть капитала, употребляемая в форме издержек обращения, оказывается у оптового купца значительно большей, чем у промышленника, потому что, кроме собственной конторы, которая находится при каждой промышленной мастерской, часть капитала, которую должен был бы употреблять таким образом весь класс промышленных капиталистов, концентрируется в руках отдельных купцов, которые, обеспечивая продолжение функций обращения, берут на себя вытекающие из этого издержки обращения.

Издержки обращения представляются промышленному капиталу и действительно являются непроизводительными издержками. Купцу они представляются источником его прибыли, которая, — если предположить общую норму прибыли, — находится в соответствии с их величиной. Поэтому расход, который приходится производить на эти издержки обращения, представляется торговому капиталу производительной затратой. Следовательно, и торговый труд, который он покупает, для него — непосредственно производительный труд.